Дыня ShutterstockShutterstock

Где Иисус, когда у человека кризис?

Потолок не упал, стены тоже остались на прежнем месте. Насколько я мог судить, никакое особое облегчение не объяло мою душу. И с сердца не упал тяжелый камень. Лежа на тахте, я не почувствовал и не увидел никаких особых перемен.
Аарон Тренк

На «Таглит» его не пустили, но сыновей своих он обрезал

Я — мессианский еврей во втором поколении. Мой отец – еврей, мама — нет. Я воспитывался с очень сильной еврейской самоидентификацией. Родители отправили меня в еврейскую школу в Сакраменто, и я готовился к бар-мицве в реформистской синагоге. Моя прабабушка была жертвой Холокоста, так что знакомство с антисемитизмом, и особенно Холокостом, было частью моего воспитания с самого раннего детства. Одновременно с посещением еврейской школы я ходил в церковь. Это было интересно. Первые пару лет ты изучаешь лишь библейские истории, что в воскресной школе, что в начальных классах еврейской школы. Это, в общем-то, одни и те же истории. Но в воскресной школе я также узнавал и об Иисусе.
© Евреи за Иисуса