Кеция Баррон

Почему пустыня — это не пустота

Почему пустыня — это не пустота

Почему пустыня — это не пустота

Я люблю ходить в походы. Но если маршрут чётко не обозначен, если он мне незнаком, или если со мной рядом нет того, кому я доверяю, у меня возникает ощущение потерянности. Я хочу знать направление и конечный пункт назначения. Весёлый поход может быстро обернуться неприятностями, если нет ясного понимания, куда ты идёшь и что тебя ждёт в дороге.

Последние два года были похожи на тот самый пешеходный маршрут, которому я не доверяю. У меня было ощущение, что я бесцельно блуждаю, жду и отчаянно пытаюсь найти хоть какое-то направление. За это время мы всем миром пережили множество психологических травм — больших и малых. Мы теряли работу, пропускали важные вехи жизни и оплакивали утрату близких и любимых. У меня было ощущение, будто давным-давно придуманная мной идеальная картинка той жизни, которую я буду вести в свои 20 с небольшим, просто растворилась в реалиях сегодняшних событий. Даже несмотря на то, что сейчас уже есть ощущение постепенного возврата к нормальной жизни, нам ещё предстоит пережить много всего, особенно в условиях продолжающегося глобального кризиса. И вполне возможно, вы чувствуете себя так же, как и я, — встревоженными и немного потерявшими цель в жизни.

Пустыня — это период в жизни, когда я чувствую себя особенно потерянной.

Я обнаружила, что метафора «проходить пустыню» как описание нашего текущего состояния странно успокаивает. Это знакомый нам, еврейскому народу, образ, который даёт визуальное представление о нашем общем историческом опыте. Словарное определение пустыни — «пространство или регион, невозделанный и ненаселённый людьми».1 Для меня пустыня — это период жизни, когда я чувствую себя особенно потерянной, изолированной и подавленной. Пустыня неприятна и некомфортна, однако я обнаружила, что именно в такие жизненные периоды переживаю особый личностный рост, которого в иной ситуации не произошло бы. Вот шесть истин, которые я открыла для себя, проходя пустыню.

1. Пустыня не пуста

Через все те разочарования и страх, которые постигли нас за последние два года, я пришла к выводу, что пустыня — это не просто способ нас наказать или причинить побольше боли. В ней есть цель. Как сказала покойная Рэйчел Хелд Эванс: «Всякий раз, когда Писание ведёт нас в пустыню, обычно это не бесплодная пустошь, как может показаться на первый взгляд».2 Пустыня действительно пуста, но не лишена Божьего замысла.

Когда наши праотцы и праматери бежали из Египта, их первоначальное чувство облегчения почти сразу же превратилось в беспокойство (и драму). «И сказали Моисею: “Разве нет гробов в Египте, что ты привёл нас умирать в пустыне? Что это ты сделал с нами, выведя нас из Египта? …Ибо лучше быть нам в рабстве у Египтян, нежели умереть в пустыне» (Исход 14:11-12). Мы склонны хотеть быть где угодно, только не в пустыне, даже если это означает романтизировать прошлое или будущее.

Я уверена, что спустя 40 лет скитаний по пустыне, израильтянам было крайне трудно продолжать верить, что они вообще когда-либо доберутся до Земли Обетованной. И, честно говоря, мне иногда кажется, что пандемия и теперь война длятся никак не меньше. Но пустыня — это не просто место, через которое проходит наш путь, — она сама по себе является местом назначения. Есть то, чему мы должны научить прямо там — посреди пустыни.

2. В пустыне Бог всегда рядом со Своим народом

Оглядываясь назад на историю наших предков, я понимаю, что во времена пустыни близость Бога к ним многократно усиливалась. Джонатан Штайн говорил об этом так: «В более позднем еврейском сознании эти года странствий вспоминаются как идеальное время, когда, несмотря на борьбу за физическое выживание, мы были особенно близки к Богу».3

Пребывание в пустыне было для нас подобно опыту ребёнка в чреве матери в смысле формирования невероятно тесной близости с Богом. Он нас холил и лелеял, буквально кормил с ложечки. Сильнейшее божественное присутствие было физически ощутимо просто уникальным образом: «Господь же шёл пред ними днём в столпе облачном, показывая им путь, а ночью в столпе огненном, светя им, дабы идти им и днём, и ночью. Не отлучался столп облачный днём и столп огненный ночью от лица народа» (Исход 13:21-22).

Иногда именно в периоды боли, нужды и страха я чувствую себя ближе к Богу, чем когда-либо.

Именно в это время Бог заключил завет с нашими предками, а значит, и с нами. В невероятном проявлении близости и демонстрации верности Бог скрепил печатью наши с Ним отношения на горе Синай. Это напоминает мне, что иногда в периоды боли, нужды и страха я чувствую себя даже ближе к Богу, чем когда-либо.

3. В пустыне Бог обеспечивает нас всем необходимым

Когда возникают проблемы, нас первым делом тянет найти собственное решение — мы любим доверять тому, что видим. Вот почему Израиль сделал золотого тельца. Вот почему мы склонны основывать нашу уверенность и ощущение безопасности на статистике и заголовках статей. Но Моисей бросил вызов народу (и нам), когда сказал: «Не бойтесь, стойте — и увидите спасение Господне, которое Он соделает вам ныне, ибо египтян, которых видите вы ныне, более не увидите вовеки; Господь будет поборать за вас, а вы будьте спокойны» (Исход 14:13-14).

Это может быть крайне трудно сделать. Но Бог снова и снова доказывал Свою силу нашим предкам. В пустыне, где мало кто из живых существ способен выжить, Он чудесным образом обеспечивал целый народ. Он разделил воды моря, и они убежали от фараона по суше. Он десятилетиями кормил их манной с небес. Он в прямом смысле слова извлёк для них пресную воду из скалы.

Находясь в пустыне, мы склонны сразу переключаться на мышление скудости, впадать в панику: «а вдруг мне чего-то не хватит?» (показательный пример: март 2020 года, когда была раскуплена даже туалетная бумага до последнего рулона). Пустыня обнажает нашу внутренность и делает нас уязвимыми. Она заставляет нас признать, что мы не способны контролировать всё и полностью зависим от Бога. И именно в такие моменты Господь совершает лучшие из Своих дел. И Его хлеб насущный не скуден.

Во Второзаконии Израиль размышляет о своём пребывании в пустыне. Оглядываясь назад, они имеют возможность увидеть, насколько больше в пустыне приобрели, чем потеряли. Моисей говорит Израилю: «И в пустыне сей, где, как ты видел, Господь, Бог твой, носил тебя, как человек носит сына своего» (Второзаконие 1:31). В пустыне Бог укрепляет наше упование на Его полное обеспечение, которого мы не лишимся и после того, как покинем пустыню.

4. Пустыня проясняет наши цели

Идти по пути наименьшего сопротивления — наша естественная склонность, но именно периоды пустыни развивают наш характер. Пустота пустыни может стать тем пространством, которое необходимо нам для прояснения действительно важного в нашей жизни.

После того как они уходят от Синая, их отношения с Богом постоянно испытываются, крепнут и зреют.

На горе Синай Бог установил отношения со Своим народом, но после того как они уходят оттуда, их отношения с Богом постоянно испытываются, крепнут и зреют. Именно в своих скитаниях они вынуждены сталкиваться со своими собственными колебаниями, чтобы научиться доверять и слушать Бога. Даниэль Невинс говорит, что пустыня «поднимает на поверхность все недостатки человеческого характера, но там же они учатся различать голос Бога и приходят к осознанию своей национальной миссии».4 Бемидбар был тем периодом в жизни Израиля, когда они утвердились в своём самосознании и своём предназначении. Готовя Моисея к тому, чтобы однажды возглавить Его народ, Бог привёл его к горящему кусту в пустыне, и именно там укрепил его для этой нелёгкой миссии. Сложные жизненные обстоятельства обостряют наше самосознание и проясняют наш дальнейший жизненный путь. 

Пустыня пандемии и войны принесла мне множество разочарований и перевернула всё с ног на голову — посреди всего этого я успела закончить школу, переехать в другую страну, а затем проехать через всю эту страну в одиночку. В то время это было тоскливо и ох, как непросто. Но, оглядываясь назад, я вижу, как эти перипетии сформировали мой характер, раскрыли, что является для меня самым важным, и помогли определить мой путь.

5. Пустыня показывает нам наши якоря

Пустыня — это вызов. Мы можем видеть в ней миражи, которых на самом деле не существует, ведь хорошо знакомых и помогавших нам раньше ориентиров там нет. Наша тревожность, возникающая в результате дезориентации и изоляции, может сделать нас слабыми. Пустыня бросает вызов даже нашему самовосприятию.

Опыт Иешуа в пустыне не был исключением. Он столкнулся с самой жёсткой версией пустыни: скитания в течение 40 дней и 40 ночей без еды наедине с искушениями непосредственно от дьявола, который пытался соблазнить его пищей, властью и славой. На каждое из его предложений Иешуа отвечал простыми истинами из еврейских Писаний. В пустыне Он твёрдо держался истин наших древних текстов, и эти простые истины в буквальном смысле провели Его через неё.

Когда все остальное идёт наперекосяк, истины из Танаха, припрятанные в дальних уголках нашего сознания, дают нам опору. Раввинистические учения часто используют пустыню как аналогию изучения Торы: «Как только человек опустошает себя от всего, подобно пустыне, Тора даётся ему как дар [маттана]» (Недарим 55а: 9). Возрастание в познании Бога и укоренение в истине о том, кто Он есть, поддерживает нас в трудные времена. Это самый основополагающий и формирующий личность инструмент, который у нас только есть.

6. Пустыня показывает нам ценность сообщества

Пустыня вынуждает нас противостать собственным слабостям, а для этого научиться опираться на Бога и сообщество близких по духу людей. Между израильтянами в пустыне была тесная общность во всём — и в хорошем, и в плохом. Совместно пережитый опыт позволял им и горевать, и радоваться вместе. Просто удивительно, кого только не встретишь на своем пути, проходя пустыню, и как неожиданно укрепляются отношения с теми, о ком ты раньше даже не думал.

В пустыне для неё была жизнь, потому что в том месте присутствовал Бог.

Но опыт Агари в пустыне был совершенно противоположным. Рядом с ней не было абсолютно никого. Её история вкратце звучит так: она забеременела, её выставили из дома и прогнали в пустыню. У неё не было сообщества, на которое можно было бы положиться, но Бог услышал её мольбы и увидел её в самый трудный момент. Она больше узнала о характере Господа и во всём положилась на него: «Ты Бог, видящий меня» (Бытие 16:13). В пустыне для неё была жизнь, потому что в том месте присутствовал Бог. Делим ли мы пустыню с кем-то или в одиночестве преодолеваем эту территорию запустения, Бог всегда находится рядом.

Агарь и израильтяне, пережившие Исход, были не единственными, кто прошёл через изменяющий жизни опыт пустыни, и это даёт нам связь с нашими предками и нашим народом, который раньше уже всё это проходил. Я думаю обо всех тех, кто, как повествует Танах, были вынуждены уйти из родного дома: Эстер, Даниил, Руфь, Авраам и многие другие. Я думаю о Давиде, который бежал от руки Саула и нашёл убежище и воду в пустыне Эйн-Геди. Я думаю о миллионах евреев на протяжении всей нашей истории, которым пришлось бежать от преследований в своих родных странах. Я думаю о сегодняшнем суровом мире пустыни, в котором я и мои сверстники стараемся сориентироваться, чтобы не заблудиться. Но я абсолютно уверена, что это поможет нам расти, учиться и процветать, потому что Бог присутствует в пустыне — рядом, на расстоянии вытянутой руки, готовый обеспечить нас всем необходимым снова и снова.


Примечания:

  1. Толковый словарь Мерриам-Вебстер. Пустыня: определение и значение слова, по состоянию на 14 февраля 2022 г.https://www.merriam-webster.com/dictionary/wilderness.
  2. Эванс Рэйчел Хелд, Чу Джефф. Искренняя вера. Нью-Йорк: HarperOne, 2021, с. 135.
  3. Штайн Джонатан. В пустыне. ReformJudaism.org по состоянию на 14 февраля 2022 г., https://reformjudaism.org/learning/torah-study/torah-commentary/wilderness.
  4. Невинс Дэниел. Говорит пустыня. Еврейская теологическая семинария, по состоянию на 14 февраля 2022 г., https://www.jtsa.edu/torah/the-wilderness-speaks/.

 

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.